Воскресенье, 4 декабря

Интервью директора Департамента общеевропейского сотрудничества МИД России Н.С.Кобринца РИА Новости, 1 апреля 2022 года

Google+ Pinterest LinkedIn Tumblr +

Вопрос: В марте Россия официально вышла из Совета Европы, однако в ходе пленарной сессии ПАСЕ в апреле предусмотрено обсуждение “последствий действий России на Украине”. Как Вы это оцениваете?

Ответ: Как бессмысленную суету. Как пустое сотрясание воздуха. Как попытку ПАСЕ показать, что она играет хоть какую-то существенную роль. Как инерционное следование ее многолетней антироссийской линии. Пусть потешат свое самолюбие. Нам от этого ни тепло, ни холодно.

Напомню, что 15 марта Россия официально уведомила Генерального секретаря Совета Европы о выходе из этой организации. На следующий день Комитет министров Совета Европы в авральном режиме, грубо нарушив статьи 7 и 8 Устава, исключил Россию из СЕ с 16 марта. МИД уже комментировал эту ситуацию. Запоздалое решение Комитета министров по существу ничего для нас не меняет. Мы расстались с Советом Европы сами. А процедурный произвол западников лишь в очередной раз продемонстрировал их полное пренебрежение к международному праву и освободил нас от необходимости соблюдать “остаточные” процедуры и обязательства, связанные с выходом из Совета Европы.

Все, что будет происходить на очередной сессии ПАСЕ, нас совершенно не волнует. Никакого отношения к этой дискредитировавшей себя структуре мы больше не имеем. Пусть дальше купаются в собственной русофобской желчи. Работают по так называемой неолиберальной повестке, основанной на весьма сомнительных “ценностях”.

Вопрос: Известно, что Россия является одним из основных плательщиков в бюджет Совета Европы. Насколько критично может быть для организации то, что мы перестанем платить взносы? Планирует ли Москва выплатить часть от общей суммы своего взноса за членство в организации до 16 марта, как предлагают в Страсбурге?

Ответ: Насколько критичным станет прекращение нашего финансирования, пусть оценивают в Страсбурге. Наверное, как-то залатают образовавшиеся бюджетные дыры, кого-то сократят. Мы же сэкономим ежегодно порядка 34 миллионов евро.

Что касается взноса за 2022 год, то от нас ожидают выплаты только за тот период, когда мы еще находились в составе Совета Европы, то есть с 1 января по 16 марта. Конкретных сумм пока не называют. Посмотрим и определимся в ближайшее время. При принятии окончательного решения, конечно, будем учитывать и то, что западные государства, составляющие большинство в Совете Европы, незаконно арестовали наши золотовалютные резервы.

Вопрос: Россия 16 сентября перестанет быть участницей Европейской конвенции по правам человека. Означает ли это, что российская сторона должна исполнить все решения ЕСПЧ, вынесенные до этой даты? Какой будет судьба иска, поданного Россией против Украины и касающегося положения на Донбассе?

Ответ: Насчет 16 сентября – это не более, чем интерпретация Страсбурга. Причем интерпретация политическая, не имеющая под собой веских правовых оснований. Комитет министров Совета Европы сам же признал: все конвенции, открытые только для государств-членов, прекращают свое действие для России с даты прекращения ее членства в Совете Европы, то есть с 16 марта. Однако для Европейской конвенции по правам человека почему-то придумали исключение – ее действие продлили еще на полгода, до сентября. Никаких юридических аргументов не привели. Европейский Суд по правам человека целых два дня заседал, судорожно пытался выискать хоть какие-то обоснования. Ничего не нашел. Просто волюнтаристски провозгласил, что вот, мол, еще полгода Россия должна оставаться в ЕКПЧ. В ближайшее время все необходимые технические разъяснения относительно применимости положений ЕКПЧ для России будут даны.

Что касается постановлений Европейского суда по правам человека, принятых до нашего выхода из Совета Европы, то мы не отказываемся от их выполнения. Разумеется, если они не противоречат российскому конституционному порядку.

Вопрос: Есть ли вероятность, что Россия однажды вернется в Совет Европы? На каких условиях это возможно?

Ответ: Для этого Совет Европы должен вернуться к своим истокам – стать площадкой “для укрепления единства европейских народов”. Но такой вероятности я не вижу. Мимикрия Совета Европы зашла слишком далеко. В нынешнем состоянии он свой потенциал для нас исчерпал. Все, что там было действительно полезного, уже интегрировано в российское законодательство. В целом эту организацию лишили субъектности, самостоятельности. Евросоюз превратил ее в свой послушный инструмент. Возвращаться туда нет никакого смысла. Конечно, какое-то сотрудничество, контакты должны оставаться. Тем более, что Россия может продолжить участвовать в десятках конвенций Совета Европы, открытых для “третьих стран”. Однако наступать на те же грабли и снова передавать часть суверенитета подконтрольному Западу судебному органу – это было бы больше, чем ошибка.

Под вопросом и будущее самого Совета Европы. С уходом России он лишился общеевропейской идентичности. Будет вариться в собственном соку. Многие полагают, что со временем он превратится в ненужную самому же Европейскому союзу дублирующую структуру. Возможно, “растворится” в Евросоюзе, как это уже произошло, например, с Западноевропейским союзом, занимавшимся вопросами обороны и безопасности. Одним словом, мы сказали этому Совету Европы не “до свидания”, а “прощай”.

Вопрос: Как Москва видит будущее отношений с Евросоюзом с учетом военной операции на Украине и введенных Брюсселем беспрецедентных санкций?

Ответ: Евросоюз в последнее время крайне враждебен в отношении нашей страны. Такое не забудется. Речь не только об односторонних ограничительных мерах, которые абсолютно незаконны с международно-правовой точки зрения, об агрессивной, порой оскорбительной лексике ЕСовских чиновников в адрес России. ЕС в нарушение собственных же правил экспортного контроля начал поставки летальных вооружений Киеву, включая ПТРК, ПЗРК, боеприпасы. На сумму почти один миллиард евро. Через какое-то время эти совершенные боевые средства бесконтрольно расползутся по всей Европе, вполне могут попасть в руки террористов. Это создаст, в частности, серьезнейшие риски для гражданской авиации. Весь континент объявлять теперь бесполетной зоной?

Евросоюз, по сути дела, перечеркнул все те ценности, на которых строился европроект. В нарушение святого, казалось бы, для западного мира права частной собственности творится беспредел в отношении российских государственных и частных активов и финансовых обязательств перед нашей страной. В стремлении наказать Россию разрушают глобальные транспортно-логистические, торгово-экономические, сбытовые, промышленные и финансовые цепочки.

О мультикультурализме и правах человека никто не вспоминает – повсеместно насаждается “культура” отмены всего русского, расцвела дискриминация россиян в странах ЕС по национальному признаку.

Действия ЕС без ответа не останутся. В странах ЕС может быть все-таки поймут, что конфронтация – не в их интересах. Брюссельские безответственные санкции уже негативно влияют на повседневную жизнь простых европейцев. Готовы ли они из своего кармана оплачивать дальнейшие убийства мирных жителей на Украине, превращение Европы из региона сотрудничества и стабильности в зону конфликта? Не думаю.

Проблема в том, что рядовым европейцам не рассказывают о происходящем на Украине. Их потчуют профессиональными информационными фейками, в которых под фотографиями разрушенных в результате обстрелов украинской артиллерией городов Донбасса публикуют сообщения об “атаках Вооруженных Сил России”. Замалчиваются зверства бойцов ВСУ в отношении военнопленных. Оболванивают западноевропейского обывателя, да и так называемый политический класс, следует признать, методично. Не забывают обвинять нас во “враждебной пропаганде”.

Просителями – в плане отмены санкций – мы выступать не будем. Запас прочности у нас имеется. Да и Евросоюз – не центр вселенной. Свет клином на нем не сошелся. Для нормализации отношений с нашей страной в Евросоюзе должны отказаться от политики давления и диктата. Вспомнить о зафиксированных в Уставе ООН и хельсинкском Заключительном акте СБСЕ 1975 года принципах равноправия и добрососедства. И начать, наконец, учитывать наши законные интересы.

Вопрос: На каких условиях Россия готова обсуждать с НАТО тему восстановления работы постпредств в Москве и Брюсселе? Есть ли необходимость в возобновлении диалога с Североатлантическим альянсом в принципе?

Ответ: Политический диалог с НАТО в сегодняшних условиях невозможен. Все практическое сотрудничество, которое выстраивалось годами, альянс давно обрушил. Высылал наших дипломатов из Брюсселя в 2015, 2018, 2021 годах. Пришлось отвечать взаимностью – закрыть натовское информбюро в Москве. Для предотвращения возможных военных инцидентов имеются “горячие линии” телефонной связи между Минобороны России и командованием объединенных вооруженных сил НАТО.

Претензии и обвинения в адрес нашей страны в итоговом документе внеочередного саммита альянса 24 марта едва уместились на четырех страницах. Риторика эта хорошо известна, и сами натовцы цену ей знают. Серьезнее другое – материальное наращивание натовских “сил сдерживания”. Идет усиление так называемого “восточного фланга” альянса. В два раза увеличивается количество многонациональных батальонных групп по периметру наших границ. Присутствие вооруженных сил США в Европе превышает уже 100 тысяч человек. Всего под командованием НАТО в повышенной боевой готовности находятся 40 тысяч военнослужащих. От севера до Средиземного моря в распоряжении альянса 130 боевых самолетов, 200 военных кораблей и подводных лодок.

Еще тревожнее – военные поставки стран НАТО на Украину. Они играют с огнем. Прямого столкновения с нашей страной боятся – чувство самосохранения все-таки не потеряли. Но намерены воевать “до последнего украинца”. Политика бесчеловечная и предельно циничная. О мире в НАТО не думают. Лишь бы оправдать свое существование и политику “сдерживания” России. На этом фоне о неких условиях возобновления контактов с НАТО даже теоретически рассуждать не приходится.

Источник: https://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/1807599/

Share.

Leave A Reply